«Для меня важно, чтобы в объект можно было погрузиться»: интервью с художником Дмитрием Шабалиным

Как возник ваш интерес к феномену маски и какой была ваша первая работа в этом направлении? Что вдохновило вас выбрать именно эту форму?

Первые маски были созданы для модных съемок и перформансов, которыми я увлекался в начале карьеры. Мне хотелось отыскать некий гармоничный образ, эталон красоты. Подходящей формой для экспериментов оказалась классическая венецианская маска, а материалами — елочные гирлянды, винтажные украшения, кристаллы и ракушки. В самых ранних масках были запечатлены игрушки из моего детства, это был символический акт взросления и прощания с прошлым.

В ваших работах прошлое и настоящее вступают в диалог. Почему вам важно соединять эти временные пласты и какие смыслы это помогает раскрыть?

Маска складывается из предметов, которые могут перенести зрителя в воспоминания — о детстве, путешествиях или древних цивилизациях.

Для меня важно, чтобы в объект можно было погрузиться, словно в неизведанный мир. Маски выступают в качестве архетипов моей воображаемой вселенной, где обитают герои из научной фантастики, мифов и поп-культуры.

Вы обращаетесь к символике Древнего Египта, культуры майя и буддийской философии. Какие аспекты этих традиций наиболее близки вам и какую роль они играют в формировании вашего художественного языка?

Меня всегда интересовали древние тайны, истории об артефактах и найденных сокровищах. Изучая культы и религии, я неизбежно стал обращаться к разным источникам мировой мудрости. Это сформировало творческое направление, которое можно обозначить как «мультисимволизм». В своих работах я стремлюсь создать гипер-коллаж из элементов разных стилей и эпох.

С какими темами вы планируете поработать в ближайшее время?

На данном этапе я увлечен созданием моделей фэнтези-городов — «макрополисов», собранных из конструкторов и башен самых разнообразных форм. По задумке, такие города заключены в стеклянную сферу как миры, возможные для существования только в мыльном пузыре нашего воображения. Мне нравится выстраивать архитектуру словно из комиксов Мёбиуса, где будущее уже наступило и оно прекрасно.

В одном из интервью вы сказали, что маска — это универсальный художественный язык, который понятен без слов. Маска в разных культурах несет множество значений — от ритуальных до личных. Какие смыслы вы хотите передать зрителю через этот образ?

Маска сопровождает нас на протяжении всей истории — от каменных экземпляров эпохи неолита и вплоть до масок современных супергероев. В этом и есть ее уникальная роль — фиксировать момент метаморфоз, быть символом внешней и внутренней трансформации. Человек исторически закрывал лицо, чтобы получить опыт, который в обычном состоянии ему недоступен. 

Так и в моей практике — я складываю композиции из реальных предметов, окружающих нас в повседневности, чтобы создать новый, невиданный ранее образ.

Во многих ваших работах встречаются элементы игрушек. Есть ли маска, которая появилась на основе ваших личных детских воспоминаний?

Диалог со зрителем часто связан с общими воспоминаниями. Например, в моих работах можно найти игрушки из Kinder Surprise 90-х годов. Они напоминают о беспечности того времени, возвращают в состояние чистой радости и игры. Так маска переносит зрителя в поле коллективного мифотворчества.

Как происходит процесс создания маски и сколько времени уходит на реализацию одного арт-объекта?

Маска складывается интуитивно из калейдоскопа элементов и структур. По времени — от одного вечера до бесконечности.

Что самое сложное встречалось в вашей практике? Возможно, вам попадался материал, с которым оказалось не так просто работать?

Непросто было объяснить самому себе, о чем эти работы. Из чисто интуитивного потока моя деятельность постепенно превратилась в профессию. 

Думаю, самым сложным было сказать себе: «Я — художник» — и с этой миссией идти в мир.

Если бы вам предложили описать свой стиль тремя словами, какие бы это слова были?

Acid Kid Punk.

Есть ли места, в которых вы хотели бы показать свои работы? Музей, галерея или необычная локация.

Меня вдохновляет идея о возможности выставлять искусство в небе. Проекции и голограммы, созданные лазерами или летающими машинами, могут перенести зрителя в совершенно новый режим восприятия. Я также отдаю предпочтение ландшафтным паркам и природным зонам, монументальным проектам в духе кратера Роден — это комплекс строений внутри потухшего вулкана.

Сейчас мои лэнд-арт объекты можно увидеть в арт-парке Никола-Ленивец. Аллея вращающихся трехметровых тотемов была придумана для фестиваля «Архстояние Детское». Они состоят из масштабированных игрушек и пропеллеров, которые можно запустить прикосновением рук в любое время года.