Главная
«Наши бетонные миниатюры — это провокация к размышлению о времени, памяти, материальности»: интервью с основателем арт-студии PHAROS
«Наши бетонные миниатюры — это провокация к размышлению о времени, памяти, материальности»: интервью с основателем арт-студии PHAROS

«Наши бетонные миниатюры — это провокация к размышлению о времени, памяти, материальности»: интервью с основателем арт-студии PHAROS

Бетон в руках Кирилла Филатова перестает быть просто строительным материалом и становится поводом подумать о времени, памяти и хрупкости формы. Он архитектор по образованию и работает в крупном бюро, но главное происходит в мастерской: там он экспериментирует с текстурой, ищет новые составы и задается вопросами о том, что будет, если изменить масштаб. В интервью Куб.Маркет Кирилл рассказал о том, зачем дизайнеру фундаментальная школа, как совмещать девелоперские концепции с работой руками и какая музыка чаще всего играет в мастерской, влияя на ритм работы. 

Как давно вы занимаетесь дизайном?

Студию Pharos мы с Илей Батыршиным открыли в 2018 году, так что около восьми лет. Дизайном я увлекся в институте, когда мы делали учебные модели и экспериментировали с формами. Тогда это не воспринималось как дизайн в чистом виде, скорее как макетирование. Но именно оттуда пошла любовь к работе с объемом, материалом и фактурой. 

Есть ли у вас профильное образование? Как вы считаете, необходимо ли оно дизайнеру сейчас?

Да, я архитектор по образованию, и это во многом определило мой подход к дизайну. Илья Батыршин — искусствовед и композитор, у нас совершенно разные бэкграунды, и именно этот синтез дает студии уникальный взгляд.

Фундаментальное образование формирует системное мышление, историческую базу и понимание контекста, однако оно не гарантирует успеха. Я бы сказал так: образование не обязательно, но крайне желательно. Оно сокращает путь от интуитивных решений к осознанным.

Опишите свой обычный рабочий день.

Это  классический день архитектора. Я работаю в уважаемом бюро и занимаюсь разработкой архитектурных концепций для крупных девелоперов. Вечером могу заняться творчеством без условностей и подумать над новыми скульптурами. 

Кажется, что постоянная работа с формой может надоедать, но на самом деле профессиональная и личная деятельность взаимно обогащают друг друга. 

Кроме того, студийные проекты позволяют разбавить интеллектуальную деятельность физическим трудом и работой с материалами. Создание скульптуры — это многоэтапный процесс, приходится и попотеть.

Чем вы любите заниматься в свободное время?

Сейчас больше провожу время с женой и ребенком. Часто встречаемся с Ильей, обсуждаем новые идеи и концепции.

Ну и, конечно, музыка: с Ильей мы разделяем любовь к экспериментальному звуку, часто слушаем что-то новое в мастерской — это влияет на ритм работы.

Предметы дизайна какого типа вы создаете и почему? Какие бы хотели попробовать?

Мы создаем объекты, которые находятся на стыке коллекционного дизайна, малой пластики и арт-объектов. Наши бетонные миниатюры — это провокация к размышлению о времени, памяти, материальности. Сейчас мы активно развиваем направление арт-инсталляций: объекты должны выйти из привычного масштаба и начать взаимодействовать с пространством. 

Из того, что хотелось бы попробовать, — сайт-специфичные инсталляции под открытым небом, работа с бетоном в крупных формах, а также коллаборации с цифровыми художниками, чтобы объединить физическую материальность с AR- и VR-технологиями.

На чем вы фокусируетесь в своих работах? Что хотели бы улучшить/проработать?

Главный фокус — на связи формы, времени и материала. Меня всегда интересовало, как бетон, будучи самым прагматичным строительным материалом, может стать носителем эмоций и смыслов. 

Что хотелось бы проработать — это расширение палитры: новые текстуры, новые составы, эксперименты с инкрустацией, введение новых материалов. Также мы активно думаем над нарративной составляющей, чтобы каждый объект был историей, которую зритель мог бы «прочитать».

Что мотивирует вас создавать новые предметы дизайна?

Интерес к исследованию границ. Я экспериментирую с материалом, исследуя его возможности, усложняю формы. Что будет, если смешать этот пигмент с той фракцией наполнителя? Как изменится восприятие объекта, если мы изменим масштаб? Как отреагирует зритель, если объект будет напоминать одновременно руину и артефакт будущего? Эти вопросы и есть главный двигатель. 

В каком направлении вы планируете развиваться?

Мы видим два взаимосвязанных вектора. Первый — углубление в коллекционный дизайн и арт-объекты для интерьеров премиум-сегмента, включая кастомные проекты под конкретные пространства. 

Второй — расширение в сторону крупных арт-инсталляций и паблик-арта. В ближайших планах — активное участие в международных ярмарках и выход на азиатский и европейский рынки.

Назовите художников, фильмы, книги, музыку, места, которые оказали наибольшее влияние на ваше творчество и путь как дизайнера.

Из музыки — это, безусловно, Джеймс Кирби с его The Caretaker, Уильям Басински, Арво Пярт. Из скульпторов назову Аниша Капура, Бена Петерсона, Ренато Николоди. С художниками все просто — это Магритт и Хоппер.

Где бы вы хотели видеть свои работы?

Хотелось бы увидеть наши инсталляции в публичных пространствах: в парке, на площади, в атриуме музея. Чтобы объекты вступали в диалог с городом, с людьми, с погодой. Чтобы прохожий остановился, задумался, провел рукой по поверхности. Также интересно попасть в значимые общественные интерьеры, чтобы работа становилась не просто украшением, а смысловым центром пространства. И, конечно, продолжать участвовать в ярмарках — это живой канал коммуникации с профессиональным сообществом и коллекционерами.

Другие новости
Категория
«Наши бетонные миниатюры — это провокация к размышлению о времени, памяти, материальности»: интервью с основателем арт-студии PHAROS
Интервью

«Наши бетонные миниатюры — это провокация к размышлению о времени, памяти, материальности»: интервью с основателем арт-студии PHAROS

Бетон в руках Кирилла Филатова перестает быть просто строительным материалом и становится поводом подумать о времени, памяти и хрупкости формы. Он архитектор по образованию и работает в крупном бюро, но главное происходит в мастерской.

10 сентября 2026
Интервью
Абажур-НЛО, керамическая бабочка и другие находки недели
Статья

Абажур-НЛО, керамическая бабочка и другие находки недели

Искусство ищет своего зрителя. Мы помогаем ему не заблудиться. В мире визуального шума показываем то, что хочется забрать с собой. Новые арт-объекты для вашей коллекции. Те, что попадают прямо в сердце.

9 сентября 2026
Статья
Новая материальность: почему в цифровую эпоху мы снова хотим трогать искусство?
Статья

Новая материальность: почему в цифровую эпоху мы снова хотим трогать искусство?

Почему в мире пикселей и алгоритмов мы снова тянемся к вещам, которые можно потрогать? И что на самом деле происходит на арт-ярмарках, где физическое присутствие работы снова становится главным аргументом?

8 сентября 2026
Статья
Смотреть все
Мы используем cookies, чтобы запомнить ваш стиль и показать подходящие товары. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookie и политикой обработки персональных данных.