В детстве у художницы была очень сурового нрава кошка. Она была копией Евы, но не по характеру. И в один момент она так сильно расцарапала художнице лицо, что на щеке оставался шрам долгие лет 7. Но самое печальное в этой ситуации, что художница прятала свое лицо неделю от мамы, потому, что знала — Тосе не жить в их доме после этого. Хорошо, что на дворе было лето, и художница возвращалась под вечер и, почистив зубы, прыгала под одеяло.